Перейти к первой части статьи

We don’t need no estimating people of that time from the position of current notions. Let’s being remembered, who are these people that were drown on the pulpit by the Russian Revolution. They had another mentality. The main tendency in it was taking credit for concrete practical actions. There are two arms and nobody would make a decision what to do by them in each time point. So you have to make decisions, but, on the other side, sometimes it seems almost impossible due to lack of situation understanding. And an owner of arms worries about it. Since, the case is social changes to act is automatically means to judge. That is because every action in society touches interests of these or that people and you have to have judgment on people to choose way of action. Once a revolutionist have to judge, he have to criticize as well, but it doesn’t exclude responsibility in criticism. Note that if we reject revolutionists in right judging somebody we would better reject him thinking of social lows enough, because judgment here is only consequence – nothing more.

Abstracting give us possibility to look on other events in different eyes. What the experience country had and J. Stalin had, while the leader was taking credit for mass deportations. They have Russian Empire background where peoples’ expulsions were quite often, it used expulsions as an internal politic instrument. Sorry, but Stalin can’t have values of today’s human rights activist who hardly criticize him now. Firstly, he couldn’t survive through his biography by establishing a human life’s value over the objectives. In addition to that, Stalin was a terrorist and robbed trains.

Straight bans of the Soviet era, like ‘ultimatums’ to Zoschenko – this is not so stupid if come to think of it. Today, it is generally accepted, that the ban is useless, because the forbidden fruit is always sweet. But this is not true. In ancient societies existed taboos that have kept many hundreds of years, and, in the end, they changed humanity – like any anthropologist might say. To check this, you can just look what is going on, when these ancient taboos are abrogated as inessential. Of course, all this does not work so simply: forbidden — all stopped, the algorithm is much more complex and contradictory, but it works.

The most important thing in all this is that the repression and political affairs do not say anything about the prospect of socialism or communism. To find here some relationship can only be polemical frenzy. Clear to everyone that the failure of the communist state does not talk about the failure of every other attempt of this kind of state development. Capitalist states lost a lot, but there are other and they have considerable success. Repressions give communist’s state some shade of doom, but with any market state is the same story. Damocles sword over it weighs because of environmental, demographic, geopolitical issues that enter into a mortal danger. it is now clear, that they cannot be solved without touching liberal taboo — personal freedom, inviolability of private property, individual rights. So, the question is: has liberalism any future itself?

Перейти к первой части статьи

Нам туда не надо, там были репрессии

(Часть вторая)

Перейти к первой части статьи

Не надо судить речи и поступки людей того времени с точки зрения текущих понятий. Давайте помнить о том, кто эти люди, которых вынесла на трибуну революция. У них другой менталитет. Доминантой в нем является то, что они взяли на себя ответственность за конкретные действия. Есть две руки, за их хозяина никто не примет решение о том, что ими делать в каждый момент времени, поэтому принимать решения необходимо, хотя иногда абсолютно невозможно, так как ничего непонятно и хозяин рук это переживает. Поскольку речь идет об общественных изменениях, действовать – значит автоматически судить, так как любой поступок заденет интересы одних или других людей и для действия нужно иметь точку зрения. Раз надо судить, надо и критиковать, хотя эта необходимость не исключает ответственного к ней отношения. Заметьте, что если вы отказываете революционерам в праве судить кого-либо, то будет более логично запретить им интересоваться законами развития общества вообще, так как с этого все начинается, суд – только следствие.

Абстрагирование от современности позволяет по-другому посмотреть и на другие события. Какой опыт был за плечами у страны и лично у И.В. Сталина, когда он принимал решение о массовых депортациях. Опыт Российской империи, которая практиковала такие переселения в 19 веке по политически соображениям, в некоторых регионах это было постоянным политическим инструментом. Извините, но Сталин не мог иметь и ценностей современного правозащитника, который пылко набрасывается на сталинизм. Во-первых, потому, что ставя человеческую жизнь выше целей, он бы не выжил, Сталин был террористом и грабил поезда. Прямые запреты советского времени, вроде ультиматумов Зощенко – это тоже не так уж глупо. Сегодня общепринято, что запрещать бесполезно, потому что запретный плод всегда сладок. Но это не верно. В древних обществах существовали табу, которые держались многие сотни лет, и, в конце концов, они таки меняли человека – это объяснит любой антрополог. Меняли к лучшему, достаточно посмотреть практические последствия разрушения этих табу в современном обществе. Конечно, это все не работает так просто: запретил – все перестали, алгоритм гораздо сложнее и противоречивее, но он работает.

Самое важное во всем этом то, что репрессии и политические дела ничего не говорят о перспективности социализма или коммунизма. Проводить здесь какие-то взаимосвязи можно только в полемическом угаре. Каждому ясно, что неудача одного коммунистического государства не говорит об обязательной неудаче другого. Капиталистических государств погибло много, но другие благополучно существуют. Репрессии придают революциям оттенок какой-то обреченности, но с любым рыночным государством та же история. Дамокловым мечем над ним весят экологические, демографические, геополитические проблемы, которые заключают в себе смертельную опасность и уже сейчас понятно, что их нельзя решить, не переступая либеральные табу – свободу личности, неприкосновенность частной собственности, личные права. Так что, вопрос: есть ли завтра у либерализма.

Перейти к первой части статьи

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите CTRL+ENTER.

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ